На XXI Российском онкологическом конгрессе 13 октября акад. РАН, президент Ассоциации онкологов России Михаил Давыдов объявил, что покидает должность директора НМИЦ им. Н.Н. Блохина и пост главного онколога страны. Как выяснилось, с академиком не продлили трудовой контракт, срок которого истекает 27 ноября. Формальная причина — Михаилу Давыдову исполнилось 70 лет, и по закону, который ограничивает предельный возраст руководителей государственных учреждений (поправки в ст.350 ТК РФ), он должен уйти в отставку.
Судя по озвученным на пресс-конференции деталям, сообщить об увольнении и обсудить с ним кандидатуру преемника из Минздрава никто не приехал — официальную бумагу с уведомлением о расторжении контракта академик получил через третьих лиц. По слухам, на должность главы центра будет назначен человек со стороны.
Что-то не додумали…
Новость об уходе Михаила Давыдова взволновала не только коллектив онкоцентра, который обратился с открытым письмом к Президенту РФ с просьбой не допустить его ухода из профессии и рассмотреть возможность назначения на должность директора учреждения представителя созданной им научной школы. Обеспокоено и профессиональное сообщество. «Потеря личности, которая определяет направление развития онкологии в течение многих лет, может болезненно сказаться на всей отрасли», — заявил исполнительный директор Ассоциации онкологов России Александр Петровский.
По его словам, под руководством Давыдова разработан проект национальной стратегии борьбы с онкозаболеваниями. Как раз в день пресс-конференции, 22 ноября, документ был направлен в Минздрав. «Роль Михаила Давыдова как локомотива этой стратегии очень важна, особенно на начальном этапе запуска, когда нужен колоссальный авторитет лидера», — подчеркнул Александр Петровский.
Президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль ставит вопрос шире: «Что-то не додумали, — вздохнул он, имея в виду вступивший 1 октября в силу пресловутый закон. — Надо бы проанализировать, сколько тех, кто мог бы еще активно работать и приносить обществу пользу, отправлены в отставку. Среди них не только руководители учреждений, но и главные врачи больниц. И это при том кадровом голоде, который существует в медицине!»
Пока выступали другие, Леонид Рошаль позвонил зам. министра здравоохранения Татьяне Яковлевой. Звонок ситуации не прояснил. Впрочем, со слов Рошаля, чиновница пообещала заехать к Михаилу Давыдову, когда вернется из Сочи, где сейчас в командировке.
На реплику из зала, не используется ли закон как способ убрать неугодного руководителя, Леонид Рошаль ответил, что вряд ли. Скорее всего, это «законодательная глупость».
Неэтичная история
Руководитель высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова обратила внимание на этическую сторону вопроса. Она посчитала «оскорблением» форму, в которой Михаилу Давыдову сообщили об отставке. По ее мнению, министр здравоохранения Вероника Скворцова должна, во-первых, лично позвонить или прийти к нему и принести извинения за «неловкую ситуацию». Во-вторых, предложить стать научным руководителем центра. В-третьих, обеспечить преемственность руководства, обсудив кандидатуры преемников.
«В российской медицине есть знаковые имена — академики Ренат Акчурин, Александр Баранов, Геннадий Сухих, Александр Чучалин, Леонид Рошаль. Михаил Давыдов тоже в этой плеяде врачей с мировым именем. Это живые, ранимые люди, и отношение к ним, в первую очередь медицинского сообщества, должно быть бережным и трепетным», — сказала Гузель Улумбекова.
«Чем выше уровень, тем сложнее найти грамотного руководителя. В онкоцентре работают 3,5 тыс. человек. Если придет человек со стороны — не сможет работать», — считает директор онкологического кластера МЕДСИ Анатолий Махсон. По его словам, в институте целая группа талантливых онкологов — из них можно выбрать и подготовить достойного преемника. Почему нужна такая «ломка», когда ведется планомерная работа по структуризации онкослужбы и организации помощи онкобольным в рамках страны, удивился он.
«Тревога сотрудников понятна. Обидно, если такой уникальный центр будет поломан, если распадется коллектив», — досадует Анатолий Махсон.
На пресс-конференции много говорили о высокой квалификации Михаила Давыдова как действующего хирурга. До сих пор он выполняет по две-три операции в день. Вспомнили Мстислава Ростроповича, которого привезли в Россию умирать, а Давыдов подарил великому музыканту 8 месяцев жизни. И Валентина Юдашкина, оперировать которого отказались ведущие зарубежные специалисты, но не Давыдов. Сейчас состояние кутюрье настолько улучшилось, что он даже смог поехать по делам в Гонконг, откуда зачитал свое видеообращение, показанное участникам пресс-конференции.
«Самые сложные операции в институте делает Михаил Давыдов, — сказал профессор, главный научный сотрудник хирургического отделения НМИЦ Юрий Патютко, бок о бок проработавший с ним много лет. — И здоровья ему не занимать. В прошлом десантник, мастер спорта. Да он здоровее многих сорокалетних!»
Удар по элите
«Есть «расстрельный список», в который входят светила нашей медицины — Лео Бокерия, Давид Иоселиани, Александр Потапов, другие выдающиеся специалисты. Надо поднимать вопрос в целом о сбережении талантов в медицине», — считает известный певец и депутат Госдумы Иосиф Кобзон, который 12 лет борется с недугом, проходя лечение у Давыдова в онкоцентре. По его словам, вице-премьер Ольга Голодец обещала не дать в обиду академика. Но «расстрельный список» все же появился.
Закон о возрастном цензе сильно ударил по интеллектуальной медицинской элите страны, констатировали участники встречи. Вслед за Михаилом Давыдовым в очереди на увольнение «по возрасту» другие масштабные фигуры российского здравоохранения. По общему мнению, следует обратиться в Госдуму с тем, чтобы закон был доработан.
«В каждом законе есть исключения. Если Президент России продлил полномочия Валентина Зорькина (председатель Конституционного суда РФ — Прим. ред.), почему бы этот прецедент не распространить на выдающихся деятелей нашего здравоохранения?» — резонно заметил Иосиф Кобзон, выразив при этом уверенность, что «президент услышит наш разговор и примет правильное решение».
Видимо, как всегда, дело кончится апеллированием к первому лицу государства…
