Вещественный обмен
Как подчеркивают аналитики, это только удавшиеся сделки. Некоторые из самых обсуждаемых слияний сорвались, в частности Pfizer/AstraZeneca на сумму 118 млрд долл. и AbbVie/Shire (55 млрд долл.). Если бы эти сделки состоялись, рекорд имел бы совершенно иное денежное выражение.
Для такого всплеска консолидации есть несколько причин. Что касается Большой фармы, то компании стремились «похудеть» и избавиться от непрофильных активов так, как будто бы у них на это была одна единственная возможность в 2014 г. За анализируемый период Merck&Co. продал Bayer свой безрецептурный бизнес, а Novartis и GlaxoSmithKline договорились об обмене активами. По условиям соглашения, Novartis приобретает онкологический бизнес GSK за 16 млрд долл. и продает британской компании свое вакцинное подразделение (кроме противогриппозных вакцин) за 7,05 млрд долл. Кроме того, Novartis продает свой ветеринарный бизнес американской Eli Lilly примерно за 5,4 млрд долл. (табл. 1).
Не последнюю роль в консолидации сыграла и «мания» налоговых инверсий, заключающихся в приобретении американскими фирмами компаний в странах с более благоприятным налогообложением и переводом туда налогового гражданства. Дошло до вмешательства американского Минфина, принявшего ряд изменений в налоговом законодательстве с целью снижения экономической привлекательности инверсионных сделок. Но до этого Mylan уже взял под контроль дженериковый бизнес Abbott в Нидерландах. Кроме того, были заключены и другие сделки, не вошедшие в рейтинг.
Нет предела совершенству
В значительной степени успех сделок по слияниям/поглощениям зависел и от инвестиций со стороны заинтересованных акционеров. Так, в 2014 г. дважды победу праздновал Actavis. Вначале он таки добился приобретения Forest Laboratories не без участия финансиста-миллиардера Карла Айкена, а девять месяцев спустя буквально вырвал из рук Valeant Pharmaceuticals компанию Allergan. Причем на стороне Valeant выступал владелец инвестиционного фонда Pershing Square Билл Экман, объединивший усилия с компанией в целях враждебного поглощения Allergan.
В то время как объем сделок по слияниям/поглощениям в 2015 г., скорее всего, не сравнится с историческим показателем 2014 г., все же может состояться ряд важных сделок, поскольку тенденции прошедшего года сохранились. Даже принятые Минфином США меры не смогут остановить инверсионные сделки. Особенно это касается Pfizer, не раз заявлявшего, что никакие преграды компании не помеха.
Просчитались
Если Ernst&Young учитывал сделки M&A (Mergers and Acquisitions, слияния и поглощения) по всему миру, в т.ч. в России, то отечественный вклад в мировые 200 млрд долл. был невелик — около 1,2 млрд долл. По сравнению с 2013 г. объем слияний и поглощений на отечественном фармрынке сократился в два раза. Общая сумма сделок могла быть больше, если бы, например, Fresenius Kabi не пошел на попятную в планах по созданию совместного предприятия с «Биннофармом». Это слияние оценивалось в 300—350 млн долл.
Плюс, похоже, рынком был несколько переоценен «Биокад». Летом 2014 г., когда стало известно о продаже 20% предприятия «Фармстандарту» и 50% Millhouse, экспертами назывался диапазон цены за 70% «Биокада» от 500 до 700 млн долл. На самом деле сумма могла быть меньше. В официальном отчете «Фармстандарта» говорится, что за 20% питерского производителя компания заплатила 100 млн долл. Соответственно, 50% актива могли стоить 250 млн долл., если, конечно, у Millhouse были такие же условия приобретения, что и у «Фармстандарта», а всего продажа 70% «Биокада» обошлась покупателям в 350 млн долл.
Именно этими двумя фактами можно объяснить, почему по итогам 1-го полугодия 2014 г. объем M&A на российском рынке оценивался в 1,8 млрд долл, а по итогам года составил 1,2 млрд долл.
Постоянный состав
Если сравнить списки сделок M&A между отечественными фармкомпаниями за 2013 и 2014 гг., то получится довольно идентичный состав участников. Вот уже два года продается «Верофарм». В 2013 г. его контрольный пакет купил Роман Авдеев за 5 млрд руб. (около 160 млн долл.), а в 2014 г. 98% акций предприятия выкупил американский Abbott.
При этом раньше «Верофарм» столь активным участником M&A не был. «Фармстандарт», напротив, всегда был не прочь приобрести интересный актив, поэтому появляется в обзорах слияний и поглощений регулярно. Особенно бурную деятельность компания развила в 2013 г., когда начала процесс выделения безрецептурного бизнеса в отдельную фирму.
В списке планируемых сделок часто появлялись «Аптечная сеть 36,6» и «А5». Сначала сети планировали объединиться друг с другом, затем стали искать партнеров самостоятельно, каждая для себя. «36,6» в конце 2014 г. нашла стратегического инвестора в лице A.v.e Group, правда, юридически слияние до сих пор не завершено. У «А5» партнером стал инвестиционный фонд Baring Vostok.
Уходящий вагон
Новых лиц в числе «любителей» слияний и поглощений почти не прибавляется. Пожалуй, пока можно назвать только одну компанию — Alvansa. С 2013 г. новый холдинг стал строить Андрей Младенцев. Сначала он с партнерами выкупил ЗАО «ФП «Оболенское», затем нашел инвесторов — Газпромбанк и UFG Private Equity, в 2014 г. приобрел «Сегмента Фармацевтика». Эта компания — стартап известного на фармрынке Андрея Белашова. В феврале 2014 г., через четыре года после создания компании, ее оборот составлял 168 млн руб., при этом многие препараты тогда только выводились на рынок. Г-н Белашов не просто продал свою компанию, но и сам присоединился к холдингу Alvansa, став его вице-президентом. В октябре 2014 г. Alvansa анонсировала еще одну сделку до конца года, однако этого так и не произошло. Из-за резкого валютного скачка оба Андрея Леонидовича, посовещавшись, взяли тайм-аут.
А вот A.v.e Group не побоялась пойти на сделку под самый Новый год. В начале декабря 2014 г. компания купила российский бизнес финской Oriola за 3,7 млрд руб., т.е. примерно за 63,4 млн долл. Похоже, что именно из-за сделки у A.v.e и «36,6» выросла долговая нагрузка. Юридическим покупателем стало ПАО «Аптечная сеть 36,6». Согласно отчетности компании, в декабре A.v.e и «36,6» взяли кредитов на сумму 6,2 млрд руб. «36,6» заняла у Московского кредитного банка 4,7 млрд руб. под 14% годовых, а ООО «Аптека-А.v.е» — у банка «Открытие» 1,5 млрд руб. под 25%. Поручитель по обоим кредитам — ЗАО «Аптеки 36,6». В течение 2014 г. задолженность «36,6» сохранялась на уровне примерно 8—9 млрд руб.
Скорее всего, для A.v.e Group сделка была очень выгодной, раз компания взяла заем под столь высокий процент, если, конечно, кредит связан с покупкой бизнеса Oriola. Российское отделение финской компании в последние годы показывало неважные результаты, положение ухудшил надвигающийся на Россию кризис. Можно сказать, что кризис дал возможность A.v.e Group купить заинтересовавший ее актив, и компания ею воспользовалась. В 2015 г. неурядицы в экономике продолжатся, поэтому будет интересно посмотреть, кому еще представятся подобные возможности и кто ими воспользуется.
