Туда-сюда-обратно
По данным экспертов, около 340 бывших членов различных комитетов американского конгресса уже работают в фармацевтических или лоббистских компаниях. В то же время более десятка бывших сотрудников фармотрасли занимают кресла в конгрессе. В основном, в комитетах, так или иначе связанных с вопросами здравоохранения.
«На кого они работают?» — задается вопросом основатель и президент Legistorm Джок Фредли. На тех, кто оплачивает их счета сегодня, или же на тех, кто спонсировал их раньше и, возможно, будет спонсировать в будущем?
Во многих случаях бывшие члены конгресса, работающие в отрасли, затем возвращаются на Капитолийский холм, чтобы лоббировать интересы своих работодателей среди бывших коллег или подчиненных. Столь глубокая взаимосвязь вызывает тревогу, поскольку фармотрасль может оказывать слишком сильное влияние на принятие выгодных ей решений и законов.
Президент некоммерческого Национального центра по исследованиям в сфере здравоохранения Диана Цукерман объясняет все просто. По ее словам, все дело во взаимной зависимости законодателей и представителей фармбизнеса. Первые прекрасно понимают, что, если они окажут нужную услугу, бизнес в будущем сможет обеспечить им намного более высокооплачиваемую работу и возможность сделать карьеру. Эксперты оговариваются, что хорошие отношения не всегда означают, что конгрессмены будут оказывать услуги знакомым лоббистам, но исключать этого нельзя.
Когда Джон Стоун прошлой осенью перешел на работу из комитета по энергетике и торговле Палаты представителей Конгресса США в лоббистскую компанию BGR, ему, по его собственным словам, приходилось консультировать двух бывших коллег практически по каждому вопросу.
Бывших не бывает
Как следует из обзора Kaiser Health News, лоббист из BGR Райан Лонг ранее работал с Джоном Стоуном в этом комитете конгресса. Другой конгрессмен — Брент дель Монте — также раньше трудился в комитете по энергетике и торговле, затем 10 лет проработал в Организации по инновациям в биотехнологиях (BIO), представляющей интересы американских биотехнологических компаний. В 2015 г. он приступил к работе в BGR, клиентами которой являются компания Celgene, Американская ассоциация фармацевтических исследователей и производителей (PhRMA), а также ряд других компаний и организаций.
Как и Джон Стоун, Райан Лонг и Брент дель Монте, многие бывшие конгрессмены, работающие в настоящее время в фармотрасли или в лоббистских компаниях, вышли из ключевых комитетов, в частности, сенатского комитета по здравоохранению, образованию труду и пенсиям (HELP) и комитета по энергетике и торговле Палаты представителей. Именно эти комитеты в 2016 г. протолкнули закон 21st Century Cures Act. Закон подвергся жесткой критике со стороны надзорных органов, которые опасались, что удешевление и ускорение процесса одобрения лекарственных препаратов приведет к появлению на рынке небезопасных средств.
Доцент Университета Джеймса Мэдисона Тим ЛаПира не видит в переходе госслужащих на работу в лоббистские группы коррупционную составляющую. По его мнению, все дело в сокращении числа законодателей в конгрессе, что вынуждает конгресс полагаться на лоббистов. По данным некоммерческой исследовательской компании Brookings Institution, с 1979-го по 2015 г. их число сократилось почти на 7 тыс. человек (27%).
Тим ЛаПира поясняет, что лоббисты гораздо чаще мониторируют ситуацию во властных структурах, нежели пытаются навязать выгодные для фармотрасли законы, хотя и это, несомненно, присутствует. Тенденция прихода во власть бывших сотрудников фарминдустрии пока еще не очень изучена. Да и такого потока, как в обратном направлении, еще не наблюдается. Также пока не видно «серийных перебежчиков» из бизнеса во власть и обратно.
Согласно финансовым документам, проанализированным Kaiser Health News, многие пришедшие во власть бывшие сотрудники фармбизнеса имеют интерес в отрасли, в том числе пенсионные выплаты и акции. Примечательно, что от них не требуют избавиться от этих активов при переходе на госслужбу, достаточно лишь сообщить о своих связях, и то только в случае, если они занимали в бизнесе ключевые посты.
Алекс, Скотт и другие
Переход бизнеса во власть не ограничивается одним конгрессом. Кроме Алекса Азара, еще несколько представителей фармбизнеса заняли посты в администрации Президента США Дональда Трампа и кабинете министров. В их числе и руководитель FDA Скотт Готтлиб, имеющий тесные связи с отраслью.
Kaiser Health News опубликовало резюме более чем сотни назначенцев в системе здравоохранения США. Только несколько человек пришли во власть непосредственно из фармкомпаний. Большинство до назначения работали в лоббистских, консалтинговых или юридических компаниях, представляющих интересы фармпроизводителей.
Среди высокопоставленных чиновников американской системы здравоохранения, ранее работавших в бизнесе, главный советник HHS Киган Лениган, ранее возглавлявший лоббистскую группу фармдистрибьюторской компании McKesson, бывший лоббист PhRMA Джон О’Брайен, ныне занимающий должность помощника секретаря Департамента планирования и развития HHS, а также бывший лоббист Bristol-Myers Squibb Мери-Самптер Лапински, ныне — юрист в секретариате HHS.
Кадровый резерв для министерств
Законодательная власть США и России различается не только по структуре и принципам формирования, но и по составу. «ФВ» изучил биографии депутатов Госдумы — членов Комитета по охране здоровья и сенаторов, входящих в Комитет Совета Федерации по социальной политике. Нашелся только один депутат, который пришел в парламент из фармотрасли. Речь идет о члене Комитета Госдумы по охране здоровья Александре Петрове.
С 2006-го по 2010 г. он был председателем Совета директоров ООО «Завод Медсинтез», в 2011 г. стал исполнительным директором НП «Уральский фармацевтический кластер», а затем — членом наблюдательного совета кластера. Однако нельзя сказать, что он всю жизнь в отрасли. Депутат Петров в разные годы работал в школе, в конструкторском бюро, в банке.
Гораздо больше обмена происходит между бизнесом и министерствами. Тут сразу надо вспомнить Сергея Цыба, который до прихода тогда еще в Минпромэнерго в 2007 г. работал в ЗАО «Медбиофармцентр», ООО «Радиопрепарат». Вояж бизнес—власть—бизнес совершил Андрей Младенцев, который сначала работал в «Нижфарме», потом в Росздравнадзоре, а затем вернулся в бизнес и теперь возглавляет «Оболенское».
Кстати, главный редактор «ФВ» также поработал и в госструктурах — в Департаменте здравоохранения г. Москвы, и в фармкомпаниях — «Верофарм», Pasteur Merieux Connaught (позже Sanofi-Aventis), SmithKline Beecham (позже GlaxoSmithKline) и др.
