ФАС накажет всех
Федеральная антимонопольная служба, которая инициировала проект закона о принудительном лицензировании, предлагает рассматривать действия патентообладателя как возможное нарушение антимонопольного закона «при определенных обстоятельствах». «Каких именно обстоятельствах? Если этим действием определяются условия обращения товаров. То есть по сути любое действие, которое я предпринимаю на рынке, может быть рассмотрено как повод для наложения взыскания. Ведь своими действиями я действительно определяю условия обращения товаров», — заявил партнер практики фармацевтики и здравоохранения юридической фирмы Lidings Сергей Патракеев, выступая на Международном форуме в сфере фармацевтики и биотехнологий.
У нас есть две статьи в гражданском кодексе, которые предлагают два разных способа ограничить патентообладателя в его исключительных правах, напомнил юрист. Первый способ — это принудительная лицензия. Но принудительная лицензия добывается только через суд и только другим частным лицом, которое заинтересовано в производстве своего продукта.
«Второй способ: когда государство для публичного интереса своим волевым решением отменяет действие правительства в интересах национальной безопасности или, как сейчас ФАС предлагает, «для защиты здоровья граждан», — процитировал эксперт. — Это суверенный акт, который принимается на очень высоком уровне, куда выше, чем ФАС». Участники фармацевтического рынка, слушавшие юриста, переглянулись, недоумевая, что же может быть выше, чем ФАС.
«И тогда патент приостанавливается для всех, — продолжил г-н Патракеев. — Этим инструментом в мире тоже пользовались, это не сугубо российское ноу-хау. Но теперь ФАС предлагает еще более далеко идущие инструменты: давайте рассматривать действия патентообладателя как злоупотребление или картельный сговор».
Не жизнь, а страдания
Председатель Арбитражного третейского суда г. Москвы Алексей Кравцов рассказал о том, что иногда принудительное лицензирование действительно помогает восстановить справедливость, например при борьбе с троллями. Троллинг в лицензионном смысле заключается в следующем: юристы видят на рынке развивающийся стартап, который еще не успел ничего лицензировать, патентуют его модель и требуют платить им взносы. «Вот в этих случаях можно воспользоваться процедурой принудительного лицензирования», — пояснил юрист.
Тем не менее, как правило, в российской практике страдают не тролли, а реальные правообладатели, и нынешняя судебная система не может им помочь. «Суды длятся от полугода до нескольких лет. Почему? Потому что любое решение можно обжаловать в разных инстанциях. Открою вам страшную тайну: ни в одной стране мира экономические споры не рассматриваются в государственных судах, во всем мире они рассматриваются в третейских судах», — рассказал г-н Кравцов, который является одним из создателей текущей системы третейских судов в России.
Это система быстрого суда, где суд проходит в одно заседание через две недели после подачи иска, и на данное судебное решение через 30 дней выдается государственный исполнительный лист. То есть в общей сложности дело занимает 1,5 месяца. В результате вероятность наказания недобросовестного контрагента по лицензионному соглашению становится выше, подчеркнул юрист.
Однако сейчас недостаточно пройти длительный судебный процесс. «После суда жизнь только начинается. Вернее не жизнь, а страдания, — уточнил г-н Кравцов. — Половина исполнительных листов даже не доходит до судебных приставов. То есть нужно уже сегодня думать, как ты с этим контрагентом будешь воевать. К сожалению, сегодня это так. Невозвраты сегодня составляют 20% от экономики».
Юридический советник «Верофарм» Александр Панов пояснил, что интеллектуальная собственность и антимонопольное право стоит на разных философских основаниях: «Патент — это ограничение вашей и моей возможности на изобретение. В принципе любой антимонопольный орган на любой патент будет смотреть косо, потому что это ограничение конкуренции».
Тем не менее споры между двумя этими философиями должны проходить по разумным и законным правилам. ФАС, как и суд, должна судить правообладателей и их конкурентов по справедливости.
