— Как вы видите основные меры по стимулированию высокотехнологичного производства субстанций и лекарств на территории РФ?
Исполнительный директор AIPM Владимир ШИПКОВ: Мы высказали свою позицию министру промышленности и торговли Денису Мантурову в связи с письмом представителей Ассоциации фармпроизводителей ЕАЭС. И, в свою очередь, написали письмо в Правительство РФ от имени трех ассоциаций: AIPM, АРФП и СПФО. По нашему мнению, в этой инициативе вместо развития фармотрасли делается ставка на поддержку бизнес-интересов узкой группы производителей. Ничего общего с фармацевтической безопасностью и с развитием отрасли это, к сожалению или к счастью, не имеет. Поэтому мы против. Мы считаем, что есть другие пути решения вопроса. И зарубежные фармпроизводители имеют все основания высказывать свою позицию. Поскольку международная индустрия вложила в развитие фармы в РФ не меньше, чем российские инвесторы или даже Минпромторг. Десятки международных предприятий, которыми сейчас располагает фарминдустрия в РФ, дают нам основание формулировать такую точку зрения. Принятие окончательного решения останется за Правительством РФ. Мы очень надеемся, что оно не поддержит конструкцию, предложенную Минпромторгом.
Председатель правления Ассоциации фармацевтических производителей ЕАЭС Дмитрий ЧАГИН: Федеральная целевая программа «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности РФ на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» вступила на новый этап — формирование экспортного потенциала. Во всем мире переизбыток фармпродукции. Но только очень небольшое количество производителей выпускают продукцию по полному циклу. Всем понятно, что стратегия правительства — это не стратегия строительства заводов по розливу ЛП, по прессу таблеток или по упаковке. Не картоном богата Россия. Стратегия развития промышленности предполагает развитие компетенций в области локализации производства, начиная от производства субстанций и заканчивая изготовлением ГЛФ.
— Проект ЕАЭС рекомендует ввести не менее двух участников, предлагающих лекарства из отечественных субстанций. При этом в варианте Минпромторга говорится, что достаточно одной подобной заявки.
Владимир Шипков: Если сравнивать отсутствие конкуренции, когда предлагается тотальная монополизация, когда предлагается наличие одного производителя по полному циклу, то два, безусловно, лучше, чем один. Но дьявол в деталях. Те проекты, которые мы видели, заточены на одного участника. Мы считаем, что гораздо больших результатов можно достичь не запретами или барьерами для участия в торгах, а созданием дифференцированных режимов. Когда для лекарственной формы одни условия государственной закупки, для производителей полного цикла — привилегированные режимы, как это было в случае с 15%-ными преференциями в течение целого ряда лет.
Дмитрий Чагин: У государства есть понятие «обеспечение национального режима» при осуществлении государственных закупок. В Федеральном законе № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» прописаны все положения, включая и осуществление национального режима. У нас есть всего два механизма воздействия на процесс: запрет на поставку тех или иных ЛП и ограничение по закупкам. Постановление «третий лишний» — это ограничение. А сейчас мы отстаиваем включение запрета в постановление № 1289 — если на государственные закупки выходит производитель с полным циклом производства, то он и должен рассматриваться как основной поставщик этого ЛП. Фармацевтический рынок и закупки государства — это выполнение социальных гарантий государства по отношению к своим гражданам. Это тот случай, когда государство обязано применить национальный режим. Потому что это единственный механизм стратегии лекарственной безопасности России.
— Как вы оцениваете требование использовать исключительно отечественные субстанции?
Владимир Шипков: В этом много лукавства. Если вы проанализируете производство лекарственных средств в РФ, то увидите, что производителей по полному циклу немного. А если дальше углубляться в анализ, то станет понятно, что эти производители обозначают собственное производство субстанций плюс импорт субстанций из юрисдикций, которые специализируются на этом. Прежде всего Индии и Китая. И распознать, какая именно субстанция использовалась для производства тех или иных объемов конкретного ЛП, весьма не просто. Надо четко определить, что такое производство субстанций. Является ли производством субстанций очистка полуфабриката? Приравнивается ли она к производству субстанций? По мнению специалистов, это две большие разницы.
Дмитрий Чагин: Стратегия делает акцент на выпуск ЖНВЛП — это и есть обеспечение безопасности по основным, требующим максимальных затрат номенклатурам, которые государство оценило и взяло на себя. У нас 3 тыс. дистрибьюторов. В Америке их 40, в Великобритании 20. Это структуры и компании, которые участвуют в обращении ЛП. Из 3 тыс. максимум 5—6 — серьезные компании. А кто остальные 2995? Это организации, которые в течение почти 20 лет пытались создать монополию на свои препараты. За 10 лет работы программы «Фарма-2020» было потрачено порядка 200 млрд руб. Из них 80 млрд — внебюджетные средства и 120 млрд — бюджетные. А лекарственных препаратов мы закупаем каждый год на 400—430 млрд. За 10 лет это более 4 трлн руб. Разве есть сопоставимость? Я за санацию рынка. У нас 25—30 тыс. зарегистрированных ЛП. Столько не надо. Бывает, что одному МНН соответствуют 100 препаратов. Это создает лишнюю возможность для махинаций. Возможности снижения цен будут заключаться в преференциях для компаний, работающих по полному циклу, отработке и оценке медицинских технологий на предмет эффективности. Не надо опасаться того, что завтра будут востребованы компании полного цикла, которые сумеют найти партнеров, и они произведут для них субстанцию. А если то, что вы производите, — уникальные виды субстанций, тогда о чем вы беспокоитесь?
— Будут ли предложенные представителями ЕАЭС поправки способствовать увеличению отчислений налогов и сборов в бюджет?
Дмитрий Чагин: Только старт программы «Фарма-2020» позволил начать развиваться отечественной фармацевтике. Строительство заводов, создание лабораторий, организация центров химического синтеза. А это никому не нравится. Если вы развиваете предприятие по полному циклу, то представляете, какой объем налогов, какой объем дополнительных рабочих мест вы предоставляете!
Владимир Шипков: Я не знаю. А что, производители лекарственной формы не платят налоги или сборы в бюджет? Давайте не будем жонглировать словами. С чего вдруг появятся дополнительные налоги и сборы?
