Подать параллельно
— Для всех компаний в России 2016 г. прошел по-разному. Для кого-то эта была ступень вниз, кто-то прошел по краю. А как закончился для «АстраЗенека» в России 2016 г.? Что было важного для компании?
— Для «АстраЗенека» 2016 г. был достаточно успешным. По нашим оценкам, «АстраЗенека» в России демонстрирует рост выше 10% (в рублях). Это хороший показатель на фоне того, что многие компании показали нулевой прирост или падение. Хотя в целом показатель, конечно, достаточно скромный. В сентябре мы представили на российском рынке препарат для лечения рака яичников. Напомню, что это один из самых распространенных видов рака, с самой высокой смертностью среди онкозаболеваний женской половой системы — не только в России, но и в мире. Также в ноябре прошлого года мы в партнерстве с другими фармкомпаниями подписали с Российским обществом клинической онкологии меморандум о сотрудничестве в области иммуноонкологии.
— А какие планы у вашей компании на 2017 г., чего вы хотите достичь в России?
— У нас планы всегда амбициозные. На 2017 г. мы запланировали подготовку нашего завода в Калуге к производству полного цикла. Также мы планируем вывести два препарата на российский рынок: один для лечения рака легкого, второй для лечения диабета 2-го типа. Это инновационные препараты, которые, я уверена, помогут многим российским пациентам. Также мы продолжим наше сотрудничество с биомедицинским кластером «Сколково», в рамках которого мы сейчас рассматриваем три потенциально интересные молекулы в области онкологии. Мы всегда рады поддерживать российскую науку.
— 2016 г. ознаменовался началом и активным развитием GMP-зации, инспектората как российских производств, так и международных. Какие планы у вашей компании в этом отношении?
— В текущем году мы ожидаем принятия поправок в законодательство, которые предусматривают возможность параллельной подачи заявки на регистрацию препарата и заявки на GMP-аудит. Надеюсь, что в 2017 г. удастся закрыть этот вопрос, чтобы не задерживать регистрационные процессы и обеспечить доступность новых препаратов для российских пациентов как можно быстрее. Отмечу, что у нас уже проходило несколько инспекций, и также несколько инспекций запланировано на 2017 г.
Контрафакт не пройдет
— Одной из важных тем последнего времени является пилотный проект по маркировке лекарств. Планирует ли ваш завод принимать в нем участие?
— Это один из самых важных проектов, реализации которого мы ожидаем в 2017 г. Я рада сказать, что «АстраЗенека» является официальным участником проекта по маркировке. С нашей точки зрения, это самый значимый проект по борьбе с контрафактом. В связи с этой инициативой возникает вопрос стоимости препаратов. Мы считаем, что, если при обязательной маркировке требования будут гармонизированы с европейскими, это не будет отражаться на себестоимости наших лекарств. Конечно, на рынке стоимость формируется несколькими участниками, в т.ч. дистрибьюторами и аптеками, однако с нашей стороны цена не вырастет.
— Есть одна сфера, в которой происходит кооперация государства с бизнесом — это специнвестконтракты. Многие выражают заинтересованность, но продемонстрировать существующие специнвестконтракты ни одной из фармацевтических компаний не удалось. Что «АстраЗенека» думает о СПИК?
— Должна сказать, что мы перешли от заинтересованности к действиям. «АстраЗенека» подала все необходимые документы для заключения специального инвестиционного контракта в ноябре 2016 г. В рамках СПИК мы предложили локализацию нескольких инновационных препаратов на нашем заводе в Калуге, инвестиции составят более 1 млрд руб. Надеюсь, что в 2017 г. мы осуществим подписание контракта.
— Что вам дает специнвестконтракт?
— С одной стороны, это налоговые преференции, что правительство Калужской области уже подтвердило. Второй момент — получение локального статуса для препаратов, которые производятся по полному циклу. Для нашей компании это очень важно.
— Вы будете единственным поставщиком?
— Этот вопрос еще не обсуждается.
За интеллектуальное право
— Какие риски для фармацевтического рынка вы видите в 2017 г.?
— Да, в России всегда есть риски. Самый важный вопрос — это ценообразование для лекарственных препаратов. Надеюсь, что в течение 2017 г. государство продемонстрирует открытый подход к этой теме. Важно сказать, что необходим регулярный пересмотр Перечня ЖНВЛП. С другой стороны, необходимы инструменты для покупки инновационных препаратов, которые давно существуют в других странах: переговоры о цене, риск-шеринг или кост-шеринг. Мы уверены, что, с одной стороны, это может обеспечить доступность инновационных и современных препаратов для российских пациентов, с другой — эти инструменты могут помочь государству сэкономить бюджетные средства.
Есть еще один риск, которого мы бы очень хотели избежать в 2017 г., — это риск принудительного лицензирования. Важно сказать, что «АстраЗенека», как инновационная компания, категорически против любых инициатив, которые негативно влияют на интеллектуальные права инвесторов. Потому что это создает большой риск не только для бизнеса и для инвестиционного климата, но прежде всего для здоровья российских пациентов. Для инновационной компании это самый большой риск.
— Мы знаем, что вы вошли в Совет директоров Ассоциации международных фармпроизводителей. Какие темы с точки зрения AIPM являются для вас наиболее важными и приоритетными в 2017 г.?
— Как всегда, AIPM формирует позицию индустрии по многим важным вопросам. Основная суть — обеспечение доступности современных препаратов в России. «АстраЗенека» уже много лет является партнером AIPM, мы поддерживаем стратегию и приоритеты ассоциации, и я уверена, что благодаря ей позиция индустрии будет услышана.
