Уже история
Подводя итоги 2016 г. для российской фармрозницы, очень сложно подобрать какой-то однозначный эпитет. Несмотря на глубоко пессимистичное начало и весьма умеренный оптимизм весенне-летнего сезона, последние месяцы прошлого года темпами восстановления натурального спроса удивили даже матерых аналитиков. Развитие рынка в начале 2017 г. пока тоже вполне оптимистичное, так что, если общеэкономическая ситуация не будет ухудшаться, мы вполне можем констатировать завершение кризиса и вступление отрасли в фазу количественного роста.
Пережить кризис без потерь удалось далеко не всем, были в фармрознице и примеры фактического ухода с рынка тех или иных структур, вспомнить хотя бы историю сети «Здоровые Люди», которая в былые времена входила в десятку крупнейших, объединяла две сотни аптек и работала в 16 субъектах Федерации. Правда, в проблемах данной организации кризис виноват только отчасти, он лишь усугубил проблемы с управлением сети и внутрикорпоративные конфликты.
Продолжались сделки, в т.ч. и процессы приватизации государственных аптечных сетей. В частности, в августе 2016 г. состоялась знаковая для фармрынка история с продажей московских «Столичных аптек». Помимо этого сразу в нескольких регионах было объявлено об акционировании государственных и муниципальных сетей, причем процесс имел лавинообразный характер: в Томской области речь идет о сетях «Томскфармация», «Аптека № 77» и «Городские аптеки» (г. Северск), в Красноярском крае — о сети «Губернские аптеки», в Самарской области в план приватизации была включена «Фармация» (Сызрань). Дальнейшая продажа данных сетей пока не планируется, они останутся в госсобственности. Причем инициаторы процесса акционирования не скрывают, что изменения связаны с внесением поправок в Федеральный закон «Об унитарных предприятиях».
Несмотря на институциональные и экономические сложности, уровень концентрации сетевой фармрозницы достиг небывалых ранее значений, сейчас на долю первых 15 компаний приходится 36,8% розничного коммерческого рынка ЛП. Суммарно они объединяют 16,9 тыс. аптечных учреждений — порядка 30% всей инфраструктуры российского фармритейла. Кстати, консолидационная активность сейчас характерна далеко не только для фармрынка, аналогичные процессы переживает и нефармацевтический ритейл. В частности, конец прошлого года ознаменовался созданием глобального игрока на рынке электроники и бытовой техники под эгидой финансовой группы «Сафмар», которая объединила таких игроков, как «Техносила», «Эльдорадо» и «М.Видео».
Более того, участники фармрынка уже начинают присматриваться к возможностям зарубежной экспансии, в частности в странах ЕАЭС, тем более что параметры единого рынка становятся уже более-менее понятны. Пока о выходе на рынок Белоруссии заявила «АСНА». В 2017 г. компания планирует включить в систему порядка 300 аптечных учреждений, структура также вынашивает планы по покорению рынка Казахстана.
Но кризис стимулировал не только консолидационные процессы, он также стал катализатором важных качественных преобразований, которые помогли повысить маржинальность аптечных учреждений. Правда, в благородном деле борьбы за повышение рентабельности, увы, не обошлось и без перегибов. Для участников рынка давно уже не является секретом существование схемы, при которой товар, закупаемый со значительной скидкой с прицелом под конкретные маркетинговые акции, некоторыми региональными сетями, зачастую довольно крупными, потом всплывает совершенно в других регионах и по ценам, существенно ниже тех, по которым товар можно было бы приобрести у авторизованных оптовиков. Объемы подобных сделок «псевдодистрибуции» в масштабах всего рынка пока относительно невелики, но в рамках конкретных регионов и для отдельных продуктов они создают довольно ощутимые неприятности, которые наиболее опасны для отрасли, чем повальное увлечение честным форматом дискаунтера.
В данной ситуации, конечно, можно взывать к совести участников рынка, но все же надо признать, что глобально решить данную проблему возможно только в случае полномасштабного запуска системы маркировки и отслеживания движения товара, пилотный проект по которой стартовал в феврале 2017 г. Но итоги пилота, наверное, будем подводить уже в начале года 2018-го. При этом реальный запуск полномасштабной системы едва ли возможен раньше, чем через два-три года, и он, кстати, для фармрозницы едва ли пройдет безболезненно.
Впрочем, если продолжать разговор об опасностях для российской фармрозницы, то, собственно, помимо перечисленных отраслевых проблем немалые сложности устоявшейся работе российского фармритейла может создать интерес неспециализированной розницы к фармрынку.
Инь и Янь
У внимания неспециализированной розницы к фармрынку, равно как и к обратному интересу, большая история. Аптеки, несмотря на фактическую монополию в отношении ЛП, безусловно, заинтересованы в развитии ассортимента, тем более что в их распоряжении имеется опыт целого ряда зарубежных стран, где аптеки куда более вольны в отношении формирования ассортиментной матрицы, чем в нашей стране. Впрочем, российские аптеки тоже невольно конкурируют с FMCG, скажем, аптечный алкоголь для отдельных категорий потребителей вполне себе заменяет визит в алко-маркет.
Интерес неспециализированной розницы к товарам аптечного ассортимента объяснить сложнее, ведь с точки зрения объемов рынка ЛП далеко не самый привлекательный товар. Впрочем, нельзя не отметить приличные темпы роста, довольно стабильный спрос по сравнению с продуктовым ритейлом и, что, наверное, самое главное, серьезные бюджеты на продвижение, на которые глупо было бы не претендовать.
Столкновения интересов избежать довольно сложно, впрочем, пока борьба ведется с переменным успехом. Сделаем небольшой экскурс в историю. Первые предложения лишить аптеки монопольного права продажи ЛП звучали еще в 2008 г., однако серьезная риторика вокруг данного вопроса развернулась только после того, как данная инициатива прозвучала из уст первого вице-премьера Игоря Шувалова в 2009 г. Тогда она, кстати, получила поддержку ФАС, но развития не получила. К идее вернулись лишь в 2012 г., инициатором выступил уже Минпромторг, вопрос начал прорабатываться, были сформулированы группы продуктов, которые могут быть разрешены к реализации, также озвучивались предложения о необходимости соблюдения специальных условий продажи ЛП, но в конце концов процесс снова забуксовал.
В 2014-м вновь потребовалось вмешательство г-на Шувалова, и Минздрав подготовил перечень ЛП, которые, по мнению ведомства, могут реализовываться в супермаркетах. Список тогда получился скромным и едва ли представлял интерес для FMCG-сегмента, и тема снова затихла. Потом, уже в начале 2016 г., последовало еще одно поручение о разработке конкретного проекта документа, и наконец, уже в январе 2017 г. Минздрав предложил прекратить разработку данной проблематики в связи с ее нецелесообразностью.
Впрочем, проигранная битва отнюдь не означает проигрыша войны. Все эти годы нефармацевтическая розница активно работала над расширением ассортимента за счет продукции, не требующей специальных условий реализации, и весьма в этом преуспела. БАД на полках крупных супермаркетов давно стали нормой, то же самое касается и средств барьерной контрацепции, тестов на беременность и многого другого. Замахнулись даже на святое — аптечную косметику, один из важных генераторов аптечной прибыли. В конце 2016 г. L’Oréal и Pierre Fabre начали эксперименты по продаже своих аптечных брендов (Vichy, Lа Roche-Posay, Avene, Klorane и др.) в парфюмерно-косметических магазинах, в т.ч. в сети «Л’Этуаль».
Характерно, что при этом интересы неспециализированной розницы отграничены отнюдь не только offline-форматом, на протяжении прошлого года мы видели не один пример стремления представителей интернет-бизнеса расширить свою продуктовую матрицу как за счет уже перечисленных БАД, косметики и другой парафармы, так и за счет ЛП. Пока здесь есть проблемы регуляторного характера, де-юре online-торговля ЛП запрещена. А принятие документа, который должен регламентировать возможность данной деятельности, пока тормозится.
Первая его версия в полной мере не устроила ни профессиональное сообщество, ни представителей Минздрава, и в конце февраля на общественное обсуждение была представлена новая редакция документа. Она заметно лучше первой, хотя бы в части возможности дистанционной продажи Rx-препаратов, но тоже не лишена недостатков. Впрочем, и эта версия едва ли имеет шансы на быстрое вступление в силу, так что дистанционная торговля продолжает развиваться в тех законодательных рамках, которые действуют сейчас. И в данном контексте показателен опыт Ozon.ru и сети «Аптеки 36,6», которые в первый день весны 2017 г. запустили совместный проект, анонсированный еще в прошлом году.
Но и это лишь отдельный эпизод. Глобальные процессы сейчас связаны с более глубоким развитием партнерства фармацевтической и неспециализированной розницы. Одним из наиболее заметных таких проектов сейчас является разворачивание сети аптек «Мега Фарм» компании «СИА Интернейшнл» на территории магазинов X5 Retail Group. По состоянию на 1 января 2017 г. сеть насчитывала уже порядка 150 работающих аптечных учреждений в четырех субъектах Федерации. А вообще планы на ближайшие три года предполагают открытие 3,3 тыс. аптек. Причем география открытых на момент подготовки данного материала вакансий насчитывает почти четыре десятка городов от Центральной России до Урала.
В этой истории сразу несколько интересных моментов. Во-первых, еще в сентябре прошлого года «Мега Фарм» и X5 Retail Group заключили соглашение о предоставлении последней опциона на приобретение доли в сети аптек, так что в обозримой перспективе FMCG-ритейл, наверное, все же получит доступ к фармрынку. Во-вторых, беспрецедентен масштаб формируемой с нуля сети аптек. Ну и, наконец, столь крупный игрок неизбежно будет оттягивать на себя потребительский трафик, контракты на продвижение, наконец персонал. Разумеется, все эти ресурсы далеко не бесконечны и легко исчерпаемы. При этом в конкурентной борьбе у гигантов розничного рынка ресурсов, конечно, несопоставимо больше, чем у любого даже самого крупного игрока российской фармы.
Скажем, оборот крупнейшего в России ритейлера, сети «Магнит», по итогам 2016 г. составил 1,07 трлн руб., это, на минуточку, на 25% больше, чем весь розничный коммерческий сегмент российского фармрынка за этот же период.
Наверное, еще и поэтому рынок с большим вниманием отнесся к информации о возможности открытия «Магнитом» собственной аптечной сети. На конец 2016 г. в составе ритейлера функционировало более 14 тыс. магазинов, как минимум в трети из них вполне можно разместить аптеки.
Конечно, появление даже двух подобных конкурентов на фармрынке приведет к тотальному перераспределению сил, по самым примерным подсчетам, если планы развития X5 будут выполнены и «Магнит» действительно откроет 4,5—5 тыс. аптек, суммарно эти две сети смогут контролировать не менее 20% российской фармрозницы. Впрочем, здесь пока слишком много «но», тем более что для реализации подобных амбиций без привлечения профильных игроков обойтись будет весьма не просто. По крайней мере, и опыт Ozon.ru, и схема отношений X5 с «Мега Фарм» это подтверждают.
Но уровень таких соглашений — все же удел крупных, всем остальным пока для пущей уверенности в благополучном будущем весьма полезно убедиться в отсутствии по соседству с действующей аптекой магазинов сети X5, а заодно, на всякий случай, и «Магнита». А с головными предприятиями других торговых сетей можно и даже давно уже нужно назначать встречи на предмет обсуждения партнерских отношений.
