Генеральный директор Ассоциации российских фармацевтических производителей (АРФП) Виктор Дмитриев
Что для иностранных инвесторов стало самым серьезным препятствием в России?
Каждый инвестор имеет свои интересы — кто-то финансовые, кто-то политические. В убыток никто строить не будет, в любом случае они что-то приобретают. Просто есть экономически обоснованные решения, а есть политически обоснованные. Инвесторы, заинтересовавшиеся перспективами производства продукта в России, хотят работать не только на нашем рынке, а как минимум на рынках стран СНГ. У нас, даже учитывая, что с 2016 г. начнет действовать единый рынок ЕАЭС, очень сильна разобщенность между странами — участницами единого рынка. Вы попробуйте с сертификатом, который выдает Минпромторг, выйти хотя бы на казахстанский рынок, я уж не говорю об украинском. Там эту бумагу не признают.
Стали ли индустриальные парки действенным инструментом развития отрасли, как задумывалось изначально?
Парк парку рознь. Там, где изучили зарубежный опыт, где создали инфраструктуру, там мы видим реальный результат. Где отдали дань моде и на этом заработали какие-то дивиденды, не очень хороший результат получился. Хорошие варианты — опыт Ярославля, Калуги. Не буду приводить противоположные примеры, где объявили себя фармкластером, а потом зазывают хоть кого-нибудь, чтобы отчитаться перед губернатором. Надо заниматься тем, что у вас хорошо получается. Развиваются области, которые территориально близки к Москве, потому что логистика так выстроена. А попробуйте создать фармкластер в Амурской области! Какой инвестор туда пойдет, учитывая сложности логистики? Не надо развивать фармацевтику в каждом регионе.
Есть ли принципиальные особенности в российской схеме реализации фармацевтических инвестиционных проектов?
Сложно ответить на этот вопрос. Мы создаем рабочие места, повышаем налогооблагаемую базу, а о готовом продукте мало думаем. Все, что мы выдаем за новую продукцию, — псевдоновое. Посмотрите минпромовские гранты: можно по пальцам перечесть реализованные проекты, и все они в основном воспроизводство, а не создание принципиально нового продукта, хотя сам факт их появления — уже шаг вперед.
Как оцениваете идею о заключении специнвестпроектов только со строящимся производством?
Мы ждем, что благодаря этому сюда придут абсолютно новые технологии, которых у нас нет, мы не должны поддерживать псевдоинновации. Яркий пример — компании «Р-Фарм», «Фарм Эко» — готовые структуры, представляющие готовый продукт. Неужели, чтобы получить поддержку государства, надо строить еще что-то?
Согласны ли вы с мнением о сложности российского рынка для профессиональных проектировщиков?
Не согласен. Если мы хотим работать по мировым стандартам, продавать свою продукцию за рубежом, надо соответствовать требованиям рынка. Оказалось, что внутри страны специалистов, способных реализовать проект с нуля до конца без последующих поправок, можно по пальцам перечесть. Поэтому те, кто строится сегодня, стараются заключать договоры либо с совместными предприятиями, либо с зарубежными.
Каковы прогнозы инвестиционной привлекательности отечественной Фармы?
Инвесторы, которые сегодня пришли, будут делать наш рынок более цивилизованным. Однако есть ряд моментов, которые требуют более внимательного рассмотрения. Например, мы несколько дней обсуждали тему монополизации поставок ВИЧ-препаратов. Не очень понятно, как это будет работать, это не обсуждалось с рынком. Если наладится постоянный диалог между регуляторами и бизнесом, инвестиционная привлекательность российского рынка будет выше.
Директор по развитию бизнеса по России и СНГ Astron Lindab Buildings, председатель Комитета по промышленному строительству Ассоциации индустриальных парков Калин Антон
Что для иностранных инвесторов стало самым серьезным препятствием в России?
Иностранным инвесторам очень интересен российский рынок. Это связано с трендом локализации производства многими игроками и ограничениями в госзакупках. Однако по отдельным сегментам наш рынок невелик. Я имею в виду некоторые сегменты, которые регулируются, в частности, госзакупками. Объем рынка не такой большой, как в Европе. Зарубежные компании считают это препятствием для работы в России. Кроме того, выросли процентные ставки, и это меняет возвратную часть проекта, сроки окупаемости. Возможно, некоторые проекты не будут реализованы из-за повышения стоимости денег. Отчасти поможет в решении данного вопроса экспортное финансирование, но оно не приведет сюда ведущие инжиниринговые компании, проектные офисы и службы — они будут сидеть там.
Стали ли индустриальные парки действенным инструментом развития отрасли, как задумывалось изначально?
Для некоторых фармкомпаний индустриальные парки стали хорошим инструментом. С другой стороны, многие заводы решили размещаться не в индустриальном парке. Это может значить, что не всегда места для парков выбраны правильно, в соответствии с требованиями фармацевтического рынка. Фармацевтические кластеры в России сложились, но понятие «кластер» шире, чем «индустриальный парк». Кластер может включать лаборатории, образовательную инфраструктуру, контроль качества, таможенный пункт. Промышленная площадка, такая как индустриальный парк, важна для логистических комплексов, в то время как в фармацевтике иногда выгоднее построить завод в поле, но рядом с образовательным центром.
Есть ли принципиальные особенности в российской схеме реализации фармацевтических инвестиционных проектов?
Принципиальных особенностей нет, просто другие условия. Бизнес строит производство, когда ему это выгодно или необходимо для достижения целей. Могут отличаться цели компании в России и в Европе. У нас есть таможенные барьеры и ограничения с точки зрения государственных закупок. Во многих странах Европы, например, действуют ограничения, связанные с сертификацией, а не с государственными закупками.
Как оцениваете идею о заключении специнвестпроектов только со строящимся производством?
Специальный инвестиционный контракт — это новый инструмент. Минпромторг хочет его заключать только с новыми производствами.
Я понимаю мотивацию Минпромторга, но тем самым новые компании будут изначально в неравных условиях с теми, кто уже построился.
Согласны ли вы с мнением о сложности российского рынка для профессиональных проектировщиков?
Российский фармацевтический рынок тяжел для иностранных проектировщиков и подрядчиков. Отечественные компании понимают, как работать в этой стране. Большие международные строительные и инжиниринговые компании могут испытывать трудности, изучая национальную специфику.
Каковы прогнозы инвестиционной привлекательности отечественной Фармы?
Увеличение покупательной способности и переориентирование на более дорогие препараты уже происходит. В целом по отрасли растут объемы потребления, структура потребления меняется в сторону дорогих препаратов, новых технологий. Мы движемся в тренде с мировыми тенденциями. Инвестиционная привлекательность российского фармацевтического рынка будет расти, причем существенно.
