Повышенный интерес к химии Ломоносов проявил во время продолжения своего обучения в Германии, куда он был направлен в 1737 г. после успешного окончания Славяно-греко-латинской академии в Москве. Так, будучи студентом Марбургского университета, Ломоносов охотно посещал и занятия на медицинском факультете, на котором большое внимание уделялось преподаванию химии, ибо в то время эта наука была теснейше связана с медициной. К тому же химию здесь преподавал врач. Не случайно позже Ломоносов скажет: «Медик (а фармспециалист, Аптекарь – тем более – Авт.) без довольного познания химии совершен быть не может». Одновременно он увлекся книгами Ф. Гофмана (автор популярных капель, бальзама и эликсира), знаменитого врача Г. Бургаева и других известных зарубежных медиков и Аптекарей XVIII в., хорошо знавших химию. Даже в популярных изданиях XVIII в. подчеркивалось, что для «соблюдения здравия необходимо знать строение человеческого тела и составление лекарств из трав и минералов».
Химия – основа фармацевтики
Особо отмечал Ломоносов роль химии в приготовлении и исследовании лекарств. Ибо, по образному выражению последователя его учения авторитетного врача-академика XVIII в. Соколова, «аптекарское искусство само по себе есть настоящая и существенная часть химии».
Наглядным примером убеждения, что без довольного познания химии не может быть ни врача, ни Аптекаря, является проект Ломоносова организации Московского университета. В частности, медицинский факультет, по его мнению, должен был состоять из профессоров химии, натуральной истории и анатомии, причем обязанности их формулировались следующим образом.
«1. Доктор и профессор химии должен обучать химии физической особливо и аптекарской.
2. Доктор-профессор натуральной истории должен на лекциях показывать разные роды минералов, трав и животных».
К сожалению, Михаилу Васильевичу не довелось увидеть полностью осуществленным свой план Московского университета: медицинский факультет лишь после 1765 г., т.е. спустя 10 лет после открытия университета, стал отвечать замыслу своего основателя, но к тому времени его уже не было в живых.
Мысли М.В. Ломоносова об охране здоровья россиян и развитии фармации содержатся не только в 2 специальных произведениях («О сохранении здравия», 1741; письмо от 1 ноября 1761 г. царедворцу И.И. Шувалову «О размножении и сохранении Российского народа»), но встречаются и в других его трудах. Так, например, в «Слове о пользе химии» (1751) он дает обстоятельную характеристику медицины как науки, а стихотворное «Письмо о пользе стекла» (1752) содержит упоминание о наиболее частых болезнях и применяемых лекарствах; предсказывая возможность «проходу Сибирским океаном в Восточную Индию» (1763), в специальной главе «О приготовлении к мореплаванию Сибирским океаном» он указывает на необходимость заготовки противоцинготных средств, рекомендуя северную морошку, сосновые шишки и хвою. В целях профилактики авитаминоза в повседневной жизни Ломоносов ратует за рациональное питание, особенно детей, советует больше употреблять овощей, крупяных блюд. Соглашаясь с мнением Цицерона о том, что все науки «столько тесное имеют между собой взаимство и соединение, что по справедливости за одну и неразделимую их почитать надлежит», Ломоносов приводит в качестве примера медицину: «Другой желает быть медиком, не зная совершенно анатомии, фармацевтики и пр., как может врачевать болящего, различать травы и составлять лекарства?»
Взаимосвязь двух наук
Мысль о тесной взаимосвязи наук многократно звучит и в других высказываниях М.В. Ломоносова. Так, рассуждая о структуре Академии наук, он писал в 1764 г.: «Анатомия и ботаника полезны физику, поелику могут подать случай к познанию причин физических. Химик без знания физики подобен человеку, который всего искать должен ощупом. И сии две науки так соединены между собой, что одна без другой в совершенстве быть не могут. Анатомик, будучи притом физиолог, должен давать из физики причины движения животного тела, а поелику медик – разуметь химию и в ботанике лекарственные травы…»
Подчеркивая огромную роль химии в подготовке будущих врачей и фармспециалистов, Ломоносов напоминал, что только с помощью химических исследований можно установить целебные свойства веществ. И только химическими методами можно познать состав «жидких материй, к содержанию жизни человеческой нужных, обращающихся в теле нашем, которых качества, составляющие части и их полезные и вредные перемены и производящие и пресекающие их способы без химии никак испытаны быть не могут. Ею познается натуральное смешение крови и питательных соков».
Здесь уместно будет напомнить и о том, что для химиков, и фармакологов в частности, большое значение имеет разделение Ломоносовым растворов на такие, при образовании которых теплота выделяется, и на такие, для составления которых нужно затратить тепло. Он исследовал также явления кристаллизации из растворов, зависимость растворимости от температуры и другие явления, широко используемые в современной фармации и аптечном деле.
Важно отметить и то, что М.В. Ломоносов впервые в науке предложил использовать принцип конгруенции, т.е. совместимости (соответствия) химических веществ, от этого зависит их взаимодействие. В частности, степенью соответствия лекарств составу организма человека обуславливается эффективность их целебного воздействия. Именно принцип конгруенции необходимо будет учитывать при разработке т.н. персональных (индивидуальных) лекарств для конкретного пациента – перспективного направления исследований современных фармакологов и фармспециалистов.
Что такое панацея?
В связи с этим чрезвычайный интерес представляют возражения Ломоносова против учения о панацее, об универсальном лекарстве, которое было весьма распространенным в XVIII в. Уже в ранней статье М.В. Ломоносова и Г.В. Крафта (1741) утверждалось, что универсального лекарства не только нет, но и не может быть: «Мы, по свидетельству самых лучших докторов, не имеем поныне еще и такого средствия, которое бы только едину болезнь всегда верно и безопасно вылечить могло; то как и тому статься может, чтобы лекарство сыскать, которое бы против всех болезней силы имело…»
Универсального лекарства не может быть и потому, что оно на разные организмы и поразному будет действовать. Ибо «лекарства действуют не токмо по одному состоянию своих собственных сил, но купно и по свойствам того тела, которое их принимает. Напоследи не допускает также толь многоразличные причины наших болезней, подобно как и разны роды тела человеческого ни единому такому универсальному средствию нас от всяких телесных недугов освободить». Следует отметить, что эти возражения Ломоносова против универсального лекарства были замечены и развиты многими передовыми отечественными врачами XVIII в.
Помощь народу
Выходец из простого народа М.В. Ломоносов близко к сердцу принимал его беды: крайнюю нищету, высокую заболеваемость и смертность, отсутствие элементарного здравоохранения, засилье иностранных медиков, среди которых встречались и попросту шарлатаны. Свои мысли о том, как можно исправить создавшееся положение, ученый-патриот изложил в своем письме от 1 ноября 1761 г. «О размножении и сохранении Российского народа» приближенному императрицы Елизаветы Петровны, известному государственному деятелю и поборнику просвещения И.И. Шувалову. Это письмо свыше 100 лет находилось под цензурным запретом – настолько смелыми и нелицеприятными для правителей того времени были мысли, высказанные М.В. Ломоносовым. Многие из них не утратили своего значения и в наши дни. Так, касаясь вопроса о недостатке медикаментов и аптек, Ломоносов в этом письме указывал, что «требуется по всем городам довольное число аптек», тогда как «у нас аптеками так скудно, что не токмо в каждом городе, но и в знатных великих городах поныне не устроены…» (Порадуемся, что в нынешней России эта проблема практически решена!) Он настаивал на развитии отечественного лекарственного растениеводства и вменял в обязанность профессору ботаники в Академии наук разводить ботанический сад и «стараться о познании здешних медицинских трав для удовольствия здешних аптек домашними материалами…» (а вот это указание Ломоносова актуально и в наши дни).
Далее в письме Ломоносов указывает: «К сему требуется по всем городам довольное число докторов, лекарей и аптек, удовольствованных лекарствами, хотя б только по нашему климату пристойными, чего не токмо нет и сотой доли, но и войско российское весьма не довольно снабжено медиками, так что лекари не успевают перевязывать и раненых, не токмо чтобы всякого осмотреть, выпросить обстоятельства, дать лекарства и тем страждущих успокоить. От такого непризрения многие, коим бы ожить, умирают».
В этом же письме он предлагает: «Медицинской канцелярии подтвердить накрепко, чтобы как в аптеках, так и при лекарях было довольное число учеников российских, коих бы они в определенное время своему искусству обучали…». И далее ученый-патриот с горечью отмечает: «Стыдно и досадно слышать, что ученики российского народа, будучи по десяти и больше лет в аптеках, почти никаких лекарств составлять не умеют, а ради чего? Затем, что аптекари держат еще учеников немецких, а русские… до старости доживают и учениками умирают, а немецкими всего государства не наполнить». (В наши дни вслед за Ломоносовым можно тоже с горечью сказать: «стыдно и досадно», что на российском фармрынке засилье зарубежных фармфирм, а в аптеках – преимущественно импортные лекарства.)
Однако, хорошо понимая, что наладить в нужном количестве подготовку отечественных врачей и Аптекарей в России того времени (середина XVIII в.) невозможно, М.В. Ломоносов считал целесообразным распространить среди грамотного населения страны элементарные медицинские знания и сведения о простых и доступных лекарствах. Для этих целей он предлагал подготовить специальное издание, в котором «наблюдать то, чтобы способы (лечения) и лекарства по большей части не трудно было сыскать везде в России… Оную книжку напечатать в довольном множестве, распродать во все государство, по всем церквям, чтоб священники и грамотные люди, читая, могли сами знать и других наставлением пользовать».
Позднее ученикам М.В. Ломоносова удалось воплотить в жизнь пожелание своего учителя и издать «Домашний лечебник», в котором подробно рассказывалось и о народных лечебных средствах, в основном растительного происхождения. Ломоносов неоднократно призывал прислушиваться к советам опытных врачевателей из народа – лечцов, изучать целебные растения и минералы. Он твердо верил в то, что нужно не только учить народ, но и учиться у народа. Даже это краткое изложение мыслей Ломоносова о развитии медицины и фармации в России, высказанных им ровно 250 лет назад, свидетельствует об их актуальности и в наши дни, о дальновидности гениального русского ученого-энциклопедиста, 300-летие со дня рождения которого отмечает все прогрессивное человечество.
