Исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM) Владимир ШИПКОВ:
— Я не могу ответить на этот вопрос, поскольку не знаю правил, подходов, требований, которые будут сопровождать идею введения долгосрочных контрактов.
Недавно все мы увидели с экранов телевизоров, как курирующий вице-премьер докладывает президенту о том, что российские производители, локализовавшиеся на территории РФ, готовы в обмен на семилетние или долгосрочные контракты существенно снизить цены.
Но мы пока не понимаем, будет ли институт долгосрочного контракта ориентирован в том числе и на импортеров? Или он станет привилегией только российских или локальных игроков?
В то же время я считаю, что препараты, находящиеся под патентной защитой и имеющие определенную монополию на тех или иных рынках, должны закупаться не по результатам аукционов, которые имеют большие недостатки. На мой взгляд, можно достичь гораздо более существенных результатов с точки зрения оптимизации цены при переговорах с конкретным производителем в рамках долгосрочного контракта. Участники нашей ассоциации свои предложения на этот счет сформулировали.
Безусловно, надо все продумывать, моделировать и просчитывать всевозможные варианты. Но механизм долгосрочных контрактов при разумном подходе должен дать свои дивиденды.
Генеральный директор Ассоциации российских фармацевтических производителей (АРФП) Виктор ДМИТРИЕВ:
— Мы говорили о введении долгосрочных контрактов на поставки лекарств на совещании у вице-премьера Ольги Голодец. А за день до этого обсудили эту тему с российскими фармпроизводителями. И мне было очень важно услышать, что они готовы к семилетним контрактам и считают, что, безусловно, надо попробовать поучаствовать в этом проекте.
Однако, на мой взгляд, эта попытка может оказаться дорогостоящей, потому что бюджетный план пока только верстается, и говорить о семи годах было бы преждевременно.
Лично я считаю, что для импортозависимых производств (это прежде всего дешевый сектор) участие в долгосрочных контрактах несет очень серьезные риски. При таких серьезных скачках валютных курсов мы не то что за семь лет, а и за полгода можем потерять так много, что больше никогда не поднимемся. Наверное, долгосрочные контракты более привлекательны для импортеров, потому что они могут держать низкие цены на российском рынке за счет баланса на других рынках.
Кроме того, мы уверены, что наука не стоит на месте, и в течение ближайших семи лет мы получим гораздо более эффективные и дешевые препараты, чем те, что есть сегодня.
Мы знаем про опыт Казахстана, где цена на ЛС по долгосрочным контрактам фиксировалась в тенге, и многие участники этих торгов буквально через три года пожалели о своем решении. Поэтому, безусловно, идея введения долгосрочных контрактов имеет право на существование, но, наверное, только в условиях ручного управления. В том, чтобы закупать все препараты на семь лет вперед, я вижу большие риски — как для государства, которое может оказаться у разбитого корыта, так и для производителей, которые могут потерять тот или иной продукт.
Глава российского представительства компании Pfizer Данил БЛИНОВ:
— Мы с большим удовольствием восприняли предложение о введении прямых контрактов. Такая реакция вполне естественна для любого бизнесмена, вдруг получившего шанс, о котором он мечтал как минимум последние десять лет, — договориться о гарантированной продаже своей продукции на несколько лет вперед (как известно, назывались разные цифры, от трех до семи лет).
Да, это предложение выглядело привлекательно, пока мы не начали думать о деталях, и не задали себе те же вопросы, что и другие участники рынка:
Каковы правила игры? С кем нужно будет договариваться? Как будут меняться правила? Какими будут курсы валют? Какими будут продукты? Будут ли они вообще поставляться на рынок в меняющихся условиях? Пока ответов на эти вопросы нет. Об этом нужно, мне кажется, очень серьезно подумать.
Хотя сама идея долгосрочных контрактов, на мой взгляд, очень хорошая — обеспечить наших пациентов определенным набором действительно необходимых им жизненно важных препаратов. И неважно, будет ли это продукция Pfizer, Novartis, Sanofi, локальные или локализованные продукты.
Директор по корпоративным связям и работе с государственными органами компании «АстраЗенека Россия и Евразия» Юрий МОЧАЛИН:
— На наш взгляд, введение долгосрочных контрактов может стать дополнительным аргументом в пользу положительного решения международных компаний о локализации производства лекарственных препаратов в России.
Однако существующий законопроект вызывает ряд вопросов, которые могут оказать влияние на окончательное решение о локализации. Среди них сумма в 10 млрд руб., которая для таких контрактов, на мой взгляд, является несколько завышенной, а также отсутствие ясности в вопросе о критериях локального продукта.
